Древнее искусство, которое живёт три дня

Создание цветочной аранжировки «икэбана» в реальном времени — процесс мистический. Возможность понаблюдать за растительной магией мастеров появилась у посетителей фестиваля традиционных японских искусств «ХАРУ КАСУМИ — Весенний туман», который проходит в филиале Российской государственной библиотеки для молодёжи, Особняке Носова.

Сначала — просто ваза или затейливое крепление, затем появляются ветки, цветы, композиция обрастает листьями, наполняется свежестью. Но даже в том, как один мастер сменяет другого, а только что созданная композиция уносится со сцены, чувствуется быстротечность момента: это искусство, которое легко упустить, но так хочется оставить в своей душе.

О том, как выстраивается вечный диалог мастера и растения, мы поговорили с Галиной Давиденко, профессором «Дзюн-катоку» икэбаны школы «Икэнобо», преподавателем икэбаны, участником проекта «НИХОН НО БИ» («Красота Японии»).

Галина, школ икэбаны множество, как происходило их становление?

— В настоящее время в Японии более трех тысяч школ, в VII веке впервые появилась школа «Икэнобо». Возникла она благодаря храму Роккаку-до, который находится в Киото: один из монахов вернулся из Китая, изучив буддизм, а в буддизме есть традиция подношения алтарной композиции Будде. Этот монах — звали его Оно-но Имоко — берет себе имя «Икэнобо», что значит «Хижина у пруда», и дает обет, что он и все последующие поколения его потомков посвятят себя искусству создания таких букетов. Он впервые в Японии начал составлять их при алтарной композиции. Так возникает первая школа, которая берет имя этого монаха — «Икэнобо» — и впоследствии, на протяжении многих-многих столетий, остается единственной школой, где занимаются изучением искусства икэбаны.

Где-то в XVII–XVIII веках появились люди, которые, изучив основные правила «Икэнобо», начали — как веточки у дерева — отпочковываться и создавать новые направления, свою школу. Так возникает школа «Корю», потом возникает «Охара», затем — школа «Согэцу». В современном мире от каждого из этих направлений отделяются другие. Но самые известные сегодня — четыре вышеупомянутые старинные школы, у которых есть собственные концептуальные основы. Школа «Согэцу» позиционируется как современная, авангардная школа, но я могу с этим поспорить. Да, именно в «Согэцу» это основное направление, однако «Икэнобо» — единственная школа, где присутствуют и композиции VII века, и современные. В общем, если говорить о школах икэбаны, то сегодня существует 5–6 ведущих, а остальные довольно небольшие: у японцев есть такая особенность — если человек чувствует, что может сказать что-то новое, особенное, то он открывает свою школу.

Для того чтобы не порывать с традицией, не нарушать ее?

— Не нарушать и в то же время вносить что-то новое. Но все преподаватели ведущих школ изучали основы «Икэнобо», а потом уже открывали свои школы, шли по своему пути.

То, что мы видели на мастер-классе, — это «Согэцу»?

— Нет, то, что мы сегодня видели, композиции стиля Сёка, — как раз-таки школа «Икэнобо». Как я уже сказала, «Согэцу» пропагандирует себя как авангардная школа и несколько таких работ мы могли видеть на демонстрации во время открытия выставки. Особенностью «Икэнобо» является то, что традиция преемственности поколений сильно ощущается. В настоящее время школу возглавляет уже 46-й потомок Оно-но Имоко, монаха, давшего обет. Понятно, что не все руководители — их называют «иэмото» — вносили что-то новое. Хотя были очень известные новаторы: Сэн Ко I, Cэн Ко II.

Сэн Эй Икэнобо (45-й потомок основателя) вводит в современную школу два новых стиля: Рикка Симпутай и Сёка Симпутай. «Симпутай» — это «новый ветер». Сёка Симпутай берет основные законы классических композиций стиля Сёка (XVII–XVIII век), а Рикка Симпутай — основы старинной формы Рикка, которая начала зарождаться еще в VIII–IX веках. Однако в Симпутай используются современные материалы и современный подход.

В стиле Рикка девять основных элементов, а когда присутствуют три элемента композиции — это Сёка. Задача в композиции Сёка Симпутай — показать красоту одного растения посредством двух других. Поскольку каждое растение обладает своей красотой, то, пожалуй, правильнее было бы сказать: показать индивидуальность, подчеркнуть ее за счет характеристик других растений, двух других материалов.

Если, допустим, купить вазы и начать что-то такое делать как любитель — это будет уже не совсем по-японски?

— Да. Специфика преподавания в японских традиционных школах подразумевает, что знания переходят от учителя к ученику. Невозможно взять учебник и учиться по нему самостоятельно. И это связано не только с икэбаной, но и вообще, — это традиционная классическая форма обучения любому японскому искусству. Существует такое понятие, как «до», то есть «путь», и этот путь ты проходишь не один, всегда с учителем. И еще есть интересный момент: каждому ученику учитель говорит только то, что соответствует его этапу обучения. То, что ему дано знать в данный момент. Это японская система. Так что, может быть, вы можете сами что-то попробовать, наметить, но все равно наступает момент, когда вам понадобится помощь учителя.

Поэтому онлайн-формат приносит дополнительные сложности?

— Да, онлайн-формат сложен; в наших реалиях, конечно, элементарное знакомство с принципами икэбаны, с тем, как составить композицию для дома, возможно и онлайн. Но если мы говорим о профессионализме, о выставочной работе, тогда уже нужен учитель и онлайн проходить обучение очень сложно. В то же время сейчас, когда не всегда возможно провести выставки, в Японии некоторые работы показывают, используя интернет: один мастер создает композицию, а все остальные просто смотрят.

Когда композиции составляешь «лицом к себе» или «от себя» — это различие школ?

— Не то чтобы различие школ, разные школы по-разному это интерпретируют. И у того, и у другого способа есть свой смысл. Когда ставишь композицию для выставки, когда работаешь с преподавателем, ты никогда не делаешь работу «от себя». Потому что икэбана — это в первую очередь диалог мастера и растения. Это однозначно. Во-вторых, у икэбаны всегда есть «лицо» и «спина». Работа не обозревается со всех сторон, если только так не задумал мастер. Поэтому нет никакой логики в том, чтобы ставить «от себя» композиции на выставках или занятиях. Другое дело — демонстрационный момент: человек хочет проявить уважение к присутствующим и он составляет композицию «на зрителя». Это как бы показатель мастерства. Хотя я видела многих ведущих мастеров, которые все равно ставят работу «на себя» и только потом поворачивают. Там тоже присутствует интрига. Работу «вслепую» не всегда получается более эффектной, чем та, при создании которой мастер непосредственно общался с растением. Растения живые, поэтому ты с ними обязательно ведешь диалог.

Японская поэзия, как правило, — это фиксация момента. Здесь тоже присутствует быстротечность: вот ты что-то сделал — и композицию уже разбирают, и от этого немного больно…

— Тоже очень интересный момент, это так называемые «здесь и сейчас». Почему в Японии так ценят любование сакурой? Не потому что это красиво. И глициния красиво цветет, ирисы красиво цветут. Здесь речь идет именно о том, что все происходит здесь и сейчас. Дуновение ветра — и вся красота исчезает. Эфемерность ценна, это одна из важных составляющих любого вида японского искусства, как мне кажется, не только икэбаны. И, конечно, стихи тоже об этом. Например, вчера на демонстрации я делала работу, которая мне очень близка именно потому, что она передает состояние переходного момента. В природе то же самое — вспомните весну. Мы сейчас в ее ожидании: вот почки на деревьях, ты сегодня идешь, зелень чуть-чуть проглядывает, а на следующий день, вечером, уже все зелено. В момент перехода важно наслаждаться тем, что имеешь. Сейчас, кстати, если судить по интернету, телевидению, часто звучит такая мысль: «Не думайте о прошлом, о будущем, наслаждайтесь тем, что есть сейчас». В общем-то, это восточная философия, и она тесно связана с икэбаной.

Таким образом, традиционное японское искусство современно?

— Да, как ни странно! Оно может иметь старинные законы, особенности построения, но оно в то же время обязательно современно. Японцы ценят именно то, что эфемерно. Многие ученики, когда приходят ко мне на занятие, спрашивают: «А почему нельзя составить икэбану из искусственных цветов? Из живых цветов она стоит три дня — только и всего?» Этим она и ценна, что стоит три дня. Вспомните наши композиции из искусственных цветов или сухоцветов — ты ими наслаждаешься три-четыре дня, а потом их уже не замечаешь, они словно становятся предметом мебели. Но как только появляется что-то новое, это трогает. Трогает душу, трогает сердце, ты обращаешь на это внимание, ты в этом состоянии здесь и сейчас.

Каковы основные элементы, инструменты создания икэбаны, без которых не обойтись?

— Если брать начальные законы, то — первое: в японских композициях всегда есть лицевая и обратная сторона, из-за того, что это диалог с человеком, вазой, композицией. Далее — японская аранжировка всегда отражает сезон. Вряд ли вы летом будете ставить растение с голыми ветками, это будут листья, травы. Графика веток красива осенью, весной, когда все только распускается. Зимой это зимние варианты. В Японии нет сезонов без растений: что-то обязательно цветет и растет. Тем не менее у нас в России тоже есть вечнозеленая сосна — можно ее использовать.

Следующий момент: в отличие от европейской аранжировки, главными всегда будут ветки, на девяносто процентов, хотя летом мы не используем ветки, потому что листья очень большие и графика линий теряется, поэтому ветки меняют на травы. Ветки — мужское начало, цветы всегда ставятся чуть ниже и подчиняются древовидному материалу.

Далее — важно наличие воздуха. Японские мастера часто говорят о том, что икэбана — это не ветки, не материал, который вы ставите, а то пространство, которое этот материал создает, живое состояние, когда можно свободно дышать.

Ну и, конечно, цветы, несмотря на то, что носят подчиненный характер, всегда смотрят на зрителя. Пусть один-два — какой-нибудь цветок всегда с вами разговаривает.

Таковы основные элементы икебаны. А вот постановка — будет ли это ваза, либо вы делаете ее самостоятельно, либо композиция вообще без вазы — есть и такие варианты, используете ли вы кэнзан [металлический держатель для крепления цветов в вазе — Прим. ред.], — современные школы аранжировки, в том числе и те, которые существуют очень давно, уже не так принципиальны в этом вопросе. Если не брать совсем старинные композиции, приветствуется любое крепление. Можно обходиться и без него. В школе «Икэнобо», к примеру, существуют специальные направления, когда современные композиции (стиль Дзиюка) создаются с применением альтернативных техник крепления: цветок может крепиться даже при помощи двух скрещенных вилок. Почему я и говорю, что «Икэнобо» однозначно причисляют к выверенной классике только те, кто не совсем знаком с этой школой.

Палочки тоже могут использовать?

— Да, абсолютно все. Чем мне нравится «Икэнобо», почему я тридцать лет назад сделала именно этот выбор, — потому что она также отражает современность. Меня однажды поразила работа: я увидела абсолютно прозрачную, стеклянную вазу, где стояли тоненькие былинки. Я долго ломала голову над тем, как это сделано, что это за техника. Оказалось — оргстекло с просверленными в нем дырочками, которые в воде становятся незаметными и позволяют поставить материал вертикально. Так что в «Икэнобо» присутствует и современность, и классика — те истоки, с которых все начиналось.

Беседовала Маргарита Истомина

Реклама поддерживает независимость нашего издания!